"Люди неблагодарны", - замечают по этому поводу иные его товарищи.

Воителя такими речами не смутить. Он продолжает поощрять своего ближнего и побуждать его к действию, ибо тем самым воздействует и на самого себя.

Всякому воителю света уже случалось испытывать страх перед боем.

Всякому воителю света уже случалось в прошлом лгать и предавать.

Всякому воителю света уже случалось брести не своим путем.

Всякому воителю света уже случалось терзаться из-за сущих пустяков.

Всякому воителю света уже случалось приходить к выводу, что он - не воитель света.

Всякому воителю света уже случалось поступаться своим духовным долгом.

Всякому воителю света уже случалось говорить "да", когда хотелось сказать "нет".

Всякому воителю света уже случалось наносить раны тем, кого он любил.

Вот потому он и вправе называться воителем света, что прошел через все это и не утратил надежды стать лучше, чем был.

Воитель всегда помнит слова, изреченные некоторыми из тех мыслителей, что жили в старину - такими, как Томас Генри Гексли1:

"Последствия предпринимаемых нами действий ошеломительны для трусов, но для мудрецов они - словно лучи света.

Мир подобен шахматной доске. Фигуры - это наши повседневные поступки; правила игры - это так называемые законы природы. Мы не можем увидеть Того, с кем играем, но нам известно: Он справедлив, терпелив, честен".

Воителю пристало принимать брошенный ему вызов. Он знает, что Бог не пропустит ни единой ошибки, совершенной теми, кого Он любит, и не допустит, чтобы предпочтенные Им притворялись, будто им неведомы правила игры.

Воитель света не переменяет своих решений.

Прежде чем приступить к действиям, он предается продолжительным размышлениям - оценивает степень своей готовности, меру своей ответственности, свой долг перед наставником. Стараясь сохранить душевное равновесие, он кропотливо исследует каждый свой шаг - так, словно от него зависит все.