И оба пострадали. Долохов разжалован в солдаты, а сын Безухого выслан в Москву. Анатоля Курагина - того отец как-то замял. Но выслали-таки из Петербурга. - Да что, бишь, они сделали? - спросила графиня. - Это совершенные разбойники, особенно Долохов, - говорила гостья. - Он сын Марьи Ивановны Долоховой, такой почтенной дамы, и что же? Можете себе представить: они втроем достали где-то медведя, посадили с собой в карету и повезли к актрисам. Прибежала полиция их унимать. Они поймали квартального и привязали его спина со спиной к медведю и пустили медведя в Мойку; медведь плавает, а квартальный на нем. - Хороша, ma chere, фигура квартального, - закричал граф, помирая со смеху. - Ах, ужас какой! Чему тут смеяться, граф? Но дамы невольно смеялись и сами. - Насилу спасли этого несчастного, - продолжала гостья. - И это сын графа Кирилла Владимировича Безухова так умно забавляется! - прибавила она. - А говорили, что так хорошо воспитан и умен. Вот всё воспитание заграничное куда довело. Надеюсь, что здесь его никто не примет, несмотря на его богатство. Мне хотели его представить. Я решительно отказалась: у меня дочери. - Отчего вы говорите, что этот молодой человек так богат? - спросила графиня, нагибаясь от девиц, которые тотчас же сделали вид, что не слушают. - Ведь у него только незаконные дети. Кажется... и Пьер незаконный. Гостья махнула рукой. - У него их двадцать незаконных, я думаю. Княгиня Анна Михайловна вмешалась в разговор, видимо, желая выказать свои связи и свое знание всех светских обстоятельств. - Вот в чем дело, - сказала она значительно и тоже полушопотом. - Репутация графа Кирилла Владимировича известна... Детям своим он и счет потерял, но этот Пьер любимый был. - Как старик был хорош, - сказала графиня, - еще прошлого года! Красивее мужчины я не видывала. - Теперь очень переменился, - сказала Анна Михайловна. - Так я хотела сказать, - продолжала она, - по жене прямой наследник всего именья князь Василий, но Пьера отец очень любил, занимался его воспитанием и писал государю...