(неожиданно внимание Эдуарда привлекает шум за сценой и от идет взглянуть… Крайне взволнован и, не успевая подать знак Оливье, хватает упаковку и исчезает за деревьями. Оливье, ничего не заметив, продолжает разговор…) Да, старина, я просил тебя позвонить мне, так как хотел сделать тебе подарок, да, да, передаю тебе дело «Гондри». Вот так вот. Спроси у секретарши прокурора. Я ему вчера звонил, он согласен. Ну что ты, это так естественно… Ах, мой дорогой, я наслаждаюсь жизнью… Никакой полиции! Никаких расследований! Я взял отпуск на год. На двери моего кабинета я повесил табличку: «Закрыто» по случаю счастливого брака. Да, ты прав… Я изменился! Тебе смешно! Вы все знали меня как трудоголика, помешанного на работе… Но это так… Я хочу быть просто счастливым человеком… (Входит Сюзанн, Оливье ее не заметил. На ней красивое платье, шикарная шляпа, в руках несколько свертков. Улыбаясь, слушает конец разговора.) …О да! В мои-то годы… Скоро 42… Учусь жить, ведь я толком и не знаю, что это значит. Ты верно заметил: «Очаровательная маленькая курочка». Лев сделался отшельником… Ну давай, Фернан… Привет коллегам… Ну что ты, какие пустяки… Да. Да. Обязательно передам. До свидания. (Вешает трубку. Сюзанн подходит сзади, обнимает и целует его.) А! Ты меня напугала!

Сюзанн. — Итак, я, значит, для тебя и твоих коллег «очаровательная маленькая курочка», а ты — «лев, сделавшийся отшельником»? Очаровательно!

Оливье. — Это очень скверно, подслушивать. Злоупотребление доверием, так сказать, госпожа жена!

Сюзанн. — Какая статья согласно гражданскому кодексу мне полагается, господин Комиссар?

Оливье. — От 14 до 25 дней тюремного заключения.

Сюзанн. — Но я уже как в тюрьме!

Оливье. — С вашим-то мужем?

Сюзанн, комично. — О нет же! Это, конечно, не тюрьма!.. Это каторга какая-то!