- Да, Бадди, - сказал полицейский. - Плохо дело.

- Сам виноват, черт бы меня подрал, - сказал человек на кровати. Сколько раз меня Стюарт предупреждал насчет этой рамы.

- Верно, - подтвердил второй старик.

Остальные по-прежнему молчали. Они все так же спокойно, упорно глядели на следователя, пока полицейский, полуобернувшись, не сказал:

- Это - мистер Пирсон из Джексона. У него ордер на арест ребят.

Тогда человек на кровати спросил:

- За что?

- Да все из-за воинской повинности, Бадди.

- Мы сейчас не воюем, - сказал человек на кровати.

- Верно, - подтвердил полицейский, - да вот закон этот новый [речь идет о принятом 10 сентября 1940 г. законе о воинской обязанности, действие которого распространялось на граждан в возрасте от 21 до 36 лет]. Не встали на учет.

- Что вы хотите с ними делать?

- Ордер на арест, Бадди, по всей форме.

- Значит, тюрьма?

- Ордер на арест, - повторил старый полицейский.

Следователь заметил, что человек на кровати наблюдает за ним, мерно попыхивая трубкой.

- Налей мне виски, Джексон, - сказал он.

- Не надо, - возразил врач. - Он и так слишком много выпил.

- Налей мне виски, Джексон, - сказал человек на кровати. Он мерно попыхивал трубкой, глядя на следователя. - Вас правительство послало? спросил он.

- Да, - ответил следователь. - Надо было встать на военный учет. Это пока все, что от них требовалось. А они... - Голос его замер, семь пар глаз смотрели на него, человек на кровати мерно попыхивал трубкой.

- Никуда бы мы не делись, - сказал человек на кровати. - Мы бежать не собирались. - Он повернул голову. Парни стояли рядом, у него в ногах. Анс, Люций, - сказал он.