Парень поднялся с кровати, обзывая про себя Рона треплом, и вслед за Тонкс, которая в процессе передвижения ухитрилась повалить ещё одну вазу, которую, правда, тут же восстановила, проследовал в гостиную, где сидел Люпин и говорил что-то тёте Петунье.

— Ну, Гарри, — поднялся он, — показывай своего боггарта.

Гарри отвёл гостей к чулану. Тётушка остановилась на безопасном расстоянии, наблюдая за магами. Когда Люпин открыл дверь, она вздрогнула, ожидая появления чего-то очень страшного и опасного, но перед бывшим профессором повис всего лишь какой-то хрустальный шар…

— Ridiculos, — крикнул Люпин, и луна, как и на третьем курсе, превратилась в воздушный шарик, а потом просто растворилась, — Гарри, а ты единственный волшебник, который когда-либо жил в этом доме?

— Полагаю да, профессор, — ответил парень.

— А часто ты пользуешься этой кладовкой? — продолжал спрашивать он.

— М-м-м… я в этом чулане жил десять лет, — промямлил Гарри.

— Тогда ясно…

Тут юноша вспомнил давно мучивший его вопрос:

— Скажите, профессор, а кто в министерстве позволил показать по маггловскому телевидению Вольдеморта и его жертв?

— Вообще-то идея принадлежала Артуру, — ответила за оборотня Тонкс. — Но Фадж настолько рьяно за неё ухватился, что остановить его было невозможно. Должны были показать только Сам-знаешь-кого. Ну а нам, наверное, пора… ах, да… Reparo, — скомандовала она, направляя палочку на разбитую парнем вазу, которая в ту же секунду стала как новенькая, и аппарировала.

— Ну, до встречи, Гарри, проговорил мародёр, пожимая юноше руку. — Мы приедем за вашим племянником через два дня. — Сухо бросил он тёте Петунье, и аппарировал в штаб Ордена Феникса вслед за Тонкс.

Гарри развернулся и в упор посмотрел на миссис Дарсли.

— Почему вы боитесь сестры? — тихо спросил он.