Когда я ковылял через площадь, раскачиваясь из стороны в сторону, отец стоял у ворот к смотрел мне вслед со злорадной и хитрой усмешкой, а когда я наконец все же бросил хромать, он прямо-таки безобразно насмехался над мамой.

2

Как я уже говорил, они без конца пререкались по поводу того, что мне рассказывать. Отец стоял за то, чтобы не рассказывать ничего.

- Но, Мик, - убеждала его мама, - ведь ребенок должен узнавать новое.

- Узнает, когда в школу пойдет, - огрызался отец. - Чего ты вечно суетишься вокруг него, забиваешь ему голову всякой ерундой? Мало, что ли, у него в башке дури? По мне, так пусть бы лучше стал понормальнее.

Но маме то ли не нравились нормальные дети, то ли она находила меня достаточно нормальным. Женщины, конечно, не так враждебно настроены против гениев, как мужчины. Вероятно, гении им нужны для разнообразия.

Так вот, одна из вещей, которую мне позарез требовалось выяснить, это откуда берутся дети, но как раз этого-то мне, по-видимому, не в состоянии был объяснить ни один человек. Мама, когда я задал ей этот вопрос, разволновалась и залепетала что-то о птичках и цветочках, и я решил, что если она и знала раньше, то теперь забыла и стесняется признаться. Мисс Куни на мой вопрос мечтательно улыбнулась и произнесла:

- Ты скоро и так все узнаешь, дитя мое.

- Но, мисс Куни, - сказал я с важностью, - мне надо знать сейчас. Поймите, мне это нужно для работы.

- Храни невинность, пока можешь, дитя мое, - проговорила она тем же мечтательным тоном. - Не сегоднязавтра мир лишит тебя ее, и тогда ты утратишь ее навсегда.

По мне, так пусть бы мир лишал меня чего хотел, только бы я получал факты для моих исследований. Я обратился к отцу, и тот ответил, что младенцев сбрасывают с аэропланов, поймаешь - твое счастье.

- На парашюте? - спросил я, на что он сделал обиженное лицо и ответил: