- Да, - сказал Витла. - А все-таки наведайся туда как-нибудь.

Юджин прикусил губу. Он понимал, что это намек на его склонность к безделью. Успехи его, и правда, были не очень-то велики. Но все же профессия наборщика - не блестящая карьера для человека с его запросами.

- Ну что ж, - решил он, - когда кончу учение.

- Лучше поговори с ним до окончания школы. А то как бы кто-нибудь другой не опередил тебя. А ведь тебе невредно было бы испытать себя на такой работе.

- Поговорю, - послушно сказал Юджин.

И вот в конце солнечного апрельского дня он вошел в контору мистера Берджеса. Она помещалась в нижнем этаже трехэтажного здания газеты на городской площади. Мистер Берджес, заметно лысеющий толстяк, испытующе посмотрел на Юджина поверх очков в стальной оправе. В его жидких волосах пробивалась седина.

- Так вы не прочь поработать в газете? - спросил он юношу.

- Да, я хотел попробовать себя в этом деле, - ответил Юджин, посмотреть, не придется ли оно мне по душе.

- Я могу вам сказать наперед, что в нем мало интересного. Ваш отец говорил мне, что вы пишете.

- Мне бы очень хотелось писать, но едва ли я справлюсь. Я охотно изучил бы типографское дело. А со временем, быть может, начну и писать, если у меня что-нибудь получится.

- Когда же вы могли бы приступить?

- Как только кончатся занятия в школе, если вы не возражаете.

- Пожалуйста. Мне, в сущности, никто не нужен, но я подыщу вам дело. Пять долларов в неделю вас устроит?

- Вполне, сэр.

- Ну, тогда приходите, как только освободитесь. Я посмотрю, что можно для вас сделать.

Движением пухлой руки он отпустил будущего наборщика и повернулся к облупленному столу темного орехового дерева, заваленному газетами и освещенному электрической лампой под зеленым абажуром. Юджин вышел, унося с собой запах свежей типографской краски и не менее въедливый запах еще не просохших газет. "Интересно попробовать, - подумал он, - но, возможно, это будет для меня напрасной тратой времени". Юджин был не слишком высокого мнения об Александрии. Когда-нибудь он отсюда выберется.