В общем Корнееву несколько раз уже приходилось краем уха слышать от пленных немцев о чем-то подобном. Но, если раньше все это так и оставалось ничем не подтвержденным лепетом фрицев, готовых в обмен на жизнь, поклясться в чем угодно и что угодно придумать, то в изложении полковника Стеклова подобная информация звучала угрожающе.

— К счастью, фашисты не смогли предвидеть столь стремительного наступления наших войск и частично расположили заводы по изготовлению сверхбомбы не только в Норвегии, но и на территории восточной Европы. В частности, одно из предприятий, которое производит основу взрывчатого вещества. Так называемую "тяжелую воду". У тебя, Николай, какие отношения с химией?

— В пределах программы средней школы… — Корнеев если и удивился неожиданному вопросу полковника, то виду не подал. — Плюс спецкурсы по работе с боевыми отравляющими веществами и газами.

— Понятно… С физикой, молодой человек, как я понимаю, дело обстоит так же. Плюс спецкурс по электромеханике. Верно?

— Так точно.

— Ладно, тогда я не буду излагать лишних научных данных, тем более, что они тебе совершенно ни к чему. Так вот… По донесению нашей разведки, не слишком далеко от передовой оказался склад с тритием и дейтерием. То есть, с этим самым, практически готовым для изготовления начинки бомбы, сырьем. Немцы не успели подготовить его к эвакуации. Или все еще не верят, что наши войска смогут продвинуться так далеко.

— Понятно, — кивнул Корнеев. В общем нечто подобное он и ожидал услышать. Не зря девизом разведывательно-диверсионных групп были слова "Найти и уничтожить". А что именно — разница не существенная.

— Не спеши с выводами, — осадил его Стеклов. — Все гораздо сложнее, капитан.

Только этого официального обращения из уст начальника аналитической службы отделения разведки было достаточно, чтобы Корнеев мгновенно позабыл о бутербродах и непроизвольно напрягся.