И что нельзя глумиться над друзьями.

Толбот

Да, государь. От всей души желаю,

Чтоб увидали вы разгром врагов.

(Уходит.)

Входят Вернон и Бассет.

Вернон

Дозвольте, государь, мне с ним сразиться.

Бассет

И мне дозвольте, добрый государь.

Йорк

То мой слуга. Внемли ему, король.

Сомерсет

А этот мой. Будь благосклонен, Генрих.

Король Генрих

Терпенье, лорды. Дайте мне сказать.

Что, господа, шуметь вас заставляет?

С кем биться вы хотите? И зачем?

Вернон

С ним, государь: он оскорбил меня.

Король Генрих

В чем оскорбленье это состоит?

Скажите мне, и я отвечу вам.

Бассет

Когда во Францию мы плыли морем,

Вот этот малый дерзким языком

Корил меня за розу, что ношу я;

Он говорил, что цвет ее кровавый

Напоминает, как пылали щеки

У господина моего, когда

Отверг он правду в споре о правах,

Что с Йоркским герцогом затеял он.

Сказал еще он много слов обидных.

Чтоб злую опровергнуть клевету

И господина честь восстановить,

Прошу мне разрешить с ним поединок.

Вернон

И я прошу о том же, государь.

Хоть он стремится выдумкою хитрой

Лоск навести на умысел свой дерзкий,

Все ж - знайте, государь, - меня задел он

И первый опорочил этот знак,

Сказав, что бледность моего цветка

Обозначает слабодушье Йорка.

Йорк

Когда вражду оставишь, Сомерсет?

Сомерсет

Твой лютый гнев, лорд Йорк, наружу рвется,

Хоть ты его старательно скрываешь.

Король Генрих

Бог мой! Что за безумье мозг дурманит,

Когда столь мелкой, вздорною причиной

Такой раздор мятежный порожден!

Кузены наши, Сомерсет и Йорк,

Прошу вас, успокойтесь, помиритесь.

Йорк

Сперва пусть битва разрешит раздор;