Последний поворот, и путники въехали на каменный мост, сменивший древний подъемный . И вот уже они остановились перед огромными, увенчанными башенками воротами.

— Посигнальте четыре раза, — сказала Мартина, обращаясь к Бобу. — Три коротких и один длинный…

Моран повиновался, и звуки клаксона четырежды разорвали тишину, нарушаемую до того лишь карканьем воронья.

Прошло несколько секунд, затем ворота со скрипом растворились, хотя за ними никого не было.

— Здесь дистанционное управление, — объяснила Мартина.

Моран включил скорость и двинул машину вперед. Въезжая под арку ворот, он, подняв глаза, заметил, что наверху расположена опускающаяся решетка из толстых металлических прутьев.

Машина между тем выехала на широкий квадрат мощеного двора.

Оставив машину у широкого каменного входа, по краям которого стояли черные мраморные львы, пассажиры вышли.

Мартина Хемс пригласила друзей следовать за собой в жилое крыло здания, и все вошли в огромный, обшитый дубовыми панелями зал. Высокий потолок опирался на резные деревянные балки. В монументальном камине весело трещали поленья. Все здесь подавляло человека своими размерами. Однако встречать их никто не вышел, и замок казался вымершим.

— Такое ощущение, что мы попали в замок Спящей Красавицы, — проговорил Билл, чтобы как-то разрядить обстановку. — Замечу, кстати, что любой, самый жуткий шотландский замок — просто веселая полянка по сравнению с этим местом. Но я не хотел вас обидеть, Мартина, — тут же поправился он.

Едва гигант произнес эти слова, как в зал вошел человек в ливрее. Волосы его были белы, но возраст определить было бы затруднительно. Лицо было совершенно непримечательным, из тех, которые забываешь, едва отвернувшись. Он слегка, но почтительно поклонился и проговорил, обращаясь к Мартине:

— Рад, что вы вернулись, мадемуазель. Без вас здесь было очень грустно…