Когда карета перестала громыхать и усталые четвероногие остановились, я протянул негру пятьдесят центов и прибавил еще двадцать пять с приятным сознанием своей щедрости. Он отказался взять деньги.

- Два доллара, cap, - сказал он.

- Это почему? - спросил я. - Я прекрасно слышал ваши выкрики у гостиницы: "Пятьдесят центов в любую часть города".

- Два доллара, cap, - упрямо повторил он. - Это очень далеко от гостиницы.

- Это в черте города, - доказывал я. - Не думайте, что вы подцепили желторотого янки. Вы видите эти горы, продолжал я, указывая на восток (хотя я и сам за дождем ничего не видел), - ну, так знайте, что я родился и вырос там. А вы, глупый старый негр, неужели не умеете распознавать людей?

Мрачное лицо короля Сеттивайо смягчилось.

- Так вы с Юга, cap? Это ваши башмаки ввели меня в заблуждение: для джентльмена с Юга у них носы слишком острые.

- Теперь, я полагаю, плата будет пятьдесят центов? непреклонно сказал я.

Прежнее выражение жадности и неприязни вернулось на его лицо, оставалось на нем десять секунд и исчезло.

- Cap,-сказал он, - пятьдесят центов правильная плата, только мне нужно два доллара, обязательно нужно два доллара. Не то чтобы я требовал их с вас, cap, раз уж знаю, что вы сами с Юга. А только я так говорю, что мне обязательно надо два доллара... А седоков нынче мало.

Теперь его тяжелое лицо выражало спокойствие и уверенность. Ему повезло больше, чем он рассчитывал. Вместо того, чтобы подцепить желторотого новичка, не знающего таксы, он наткнулся на старожила.

- Ах вы, бесстыжий старый плут, - сказал я, опуская руку в карман. - Следовало бы вас отправить в полицию.