Он начал с того, что внес огромную сумму денег на построение храма, затеянного священнослужителями. Затем последовали более мелкие отчисления, и кончилось тем, что священнослужители получали регулярные приношения и тем как бы превратились в служащих, ожидающих от своего хозяина постоянных милостей. В свою очередь, духовенство старалось отплатить своему покровителю и выдвинуло его в Совет старейшин, где он ни во что не вмешивался, но покорно голосовал за большинство. Таким образом, его присутствие здесь сегодня среди исполнителей смертного приговора над блудницей должно было символизировать одобрение и повиновение класса богатых законам древнего Израиля.
Все эти события, вся картина двух десятилетий его жизни с молниеносной быстротой промелькнули в сознании Дауда, когда он прочел на песке имя Баруха. Он посмотрел на Иисуса - тот встретил его взгляд синими, на миг показавшимися бездонными и излучающими свет глазами, и Дауд при этом безоговорочно понял, что Иисус видел всю эту картину, знает все и ждет, как он поступит. И Дауд догадался, что и те двое, кто перед ним отошли, понуро опустив голову, были также изобличены в прегрешениях и, молчаливо признав их, - ушли.
Настала очередь четвертого - старейшины Бен-Аммона, так звали его. Чтобы понимать, как он поступил перед лицом Иисуса, надо знать его предысторию.
Отличительной чертой его характера была непомерная зависть. Родившись в бедной семье, испытав лишения и унижения в детстве, он завидовал богачам и счастливым людям. Добившись с великим трудом статуса священнослужителя, он проявлял большую любознательность и старался выпытать у каждого, кто к нему обращался, по возможности больше всяких сплетен и подробностей из чужой жизни, а в особенности богатых и именитых людей. Мало того, он организовал целую сеть информаторов-шпионов, которые доносили ему обо всем творящемся в городе.