Генерал, бриджист и наездник, а также графиня-мать обрели в их глазах прежнюю безупречную форму, ветер героизма расплескал крошево изъянов: крича "Да здравствует!", гости приветствовали в равной степени как далекую историческую чету, так и само семейство Драг. "Драги всегда были на "ты" с великими! Да здравствует Пампелан!" - воскликнул генерал, гордый тем, что его семья и семья королевская, монаршья соединены в одном возгласе. Гости сели. Пришел черед цесарок. Честь была спасена. Вдруг поднялся радиот и, зардевшись, крикнул: "Да здравствует!" - голосом, который был неподдельным голосом Драг плюс все петушиные взвизги и хрипловатые дисканты переходного возраста.
Гости расхохотались.
- Ты что, осел? - возопил, багровея от гнева и стыда, генерал. - Что? Кто? Кто "да здравствует", осел?!
А радиолюбитель, с грязными, обгрызанными ногтями и вылезшими манжетами, который по причине своего разгильдяйства просто запоздал с возгласом, выдавил:
- Господин Пампелан.
Цветы млели - зеркала блистали - гости захихикали в кулак. Отец упал на стул. Как можно - ведь Драги были на "ты" с Историей. Даже если бы радиот сказал "господин Наполеон", и то было бы не так ужасно. И тут старший сын, Эразм, доведенный до крайности, принялся объяснять и намекать гостям, что Мацулик, собственно... не член семьи, не Драга по крови... что он чужак, приблуда...
Я Генри, герцог Херифорд Ланкастер;
Я здесь предстал с оружьем, уповая
На Божью милость и на мощь свою,
Готовый доказать, что герцог Норфолк
Во лжи повинен, что бесстыдно предал
Он Бога, государя и меня.