"Сейчас, малыш, из этого ящика вылетит птичка". - "Ваш ящик устарел, сказал Жоффруа, - вот мне папа подарил аппарат - это да! С короткофокусным объективом, с телеобъективом, ну и, конечно, со светофильтрами". Фотограф как-то растерялся: он перестал улыбаться и велел Жоффруа встать на место. "Фотоэлектрическая камера-то хоть у вас есть?" - спросил Жоффруа. Фотограф почему-то очень рассердился и закричал: "В последний раз говорю, марш на место!"

Все встали по местам. Я сел на землю рядом с Альцестом. Альцест мой друг, он очень толстый и все время что-нибудь жует. Только он откусил кусок булки с вареньем, как фотограф велел ему перестать жевать; тогда Альцест сказал, что не ходить же ему голодным. "Брось свою булку!" - закричала учительница, которая сидела как раз позади Альцеста. Альцест от неожиданности уронил булку прямо себе на рубашку. "Ну вот", - сказал Альцест и попробовал собрать варенье кусочком хлеба. Учительница сказала, что единственный выход - поставить Альцеста в последний ряд, тогда не будет видно, что у него на рубашке пятно. Она сказала: "Эд, уступи товарищу свое место". - "Никакой он мне не товарищ, - ответил Эд. - и место я ему не уступлю. Пусть лучше повернется к аппарату спиной, тогда не будет видно ни его пятна, ни его толстой морды". Учительница рассердилась и в наказание велела Эду проспрягать предложение: "Я не должен отказываться уступить свое место товарищу, который уронил варенье себе на рубашку". Эд ничего не сказал, он спрыгнул с ящика и пошел в первый ряд, а Альцест пошел в последний. От этого произошел небольшой беспорядок, особенно когда Эд, проходя мимо Альцеста, задел ему кулаком по носу. Альцест хотел дать Эду коленкой под зад, но Эд очень ловкий, он увернулся, и удар достался Аньяну, хорошо еще, что на этом месте у него нет очков. Но Аньян все равно заплакал и закричал, что он ничего не видит, что никто его не любит и что он хочет умереть.