Вот тебе один ответ - мой.

Кто-то даст другой, но ты всегда ищи свой, парень.

Пока не смотри, как я пишу, чтобы не подражать.

x x x

Рем все-таки решил посмотреть, что делает учитель. Зиттов был в городе, он ходил туда раз в неделю, возвращался поздно, основательно надравшись, тут же ложился, утром был несколько мрачней обычного и хватался за какое-нибудь простое дело.

В углу стояли кое-как набитые на подрамники холсты, лицом к стене. Рем повернул первый из них - и увидел портрет юноши в красном берете, на почти черном непрозрачном фоне. Простая, простая вещь, только лицо, ворот рубахи, шея и часть груди ... красное, коричневое, желтоватое... Ничто не кричало, все было крепко, надежно, просто и тихо... Никакого лака, Зиттов терпеть не мог эти радости, писал он, нарушая правила, краски смешивал, смеялся "полгода играют с белилами, полгода сушат, потом втирают цвет... гонятся за глубиной, а это обман зрения, глубина-то не здесь..."

В чем глубина у Зиттова Рем не понял, но портрет странным образом все стоял у него перед глазами, стоял и стоял...

Прошло время, и Зиттов сказал:

- Теперь смотри сколько хочешь. Я тебя понял -- подражать не станешь. Ты ни на кого не похож.

x x x

Я не похож... - сказал он, глядя на портрет в малиновом берете. Зиттов усмехнулся.

- Похожесть как землеустройство, знаешь, ходят с горбатым циркулем, все измеряют. У меня глаз к этому не способен. Но если смирюсь с геометрией, то могу соорудить что-то похожее. Но зачем? Общие черты - надо, кто спорит... форма головы, например, овал лица, и это на месте, согласись. Но потом мне надоедает. Ну, просто тошнит, и я спрашиваю себя - зачем? Ты лентяй, отвечаю себе, - отвратительный лентяй! Но чувствую, это не ответ. Представь себе, нас уже нет на земле, кто скажет, похоже или не похоже?.. Как написать такое, что остановило бы чужого, далекого, скажем, лет через сто, что это? Вот я ищу такое...