Внезапно с улицы доносится тревожный шум: толпа восстала на защиту королевы! Лорд Элдон делает знак военному министру, тот бросается усмирять мятежников, королева спешит вслед за ним, но их усилия тщетны, летят камни, звенят разбитые стекла, лорд Элдон исчезает, сэр Бруэм устремляется вперед, а лорд Ливерпуль (дородный мужчина в белом жилете и с огромной жестяной звездой) валится наземь, сраженный сокрушительным ударом: обломок кирпича, пущенный кем-то из рогатки, угодил прямо в живот его светлости; и падение занавеса, разумеется, совпадает с падением премьер-министра. Тут французская публика, воспарив духом до невиданных высот, начинает громко требовать Марсельезу! Я не смотрел пятого акта, где отравляют королеву (снова лорд Эшли!), ибо вернулся домой, дабы написать об этой удивительной трагедии.

Мне бы хотелось написать еще об одной пьесе, которая заслуживает не в пример больше внимания, чем обе предыдущие. Это "Дети Эдуарда" мсье Казимира Делавиня, один из лучших спектаклей, которые мне когда-либо посчастливилось видеть, но мне придется сделать это в другой раз, ибо письмо мое и без того уже получилось слишком длинным. Впрочем, я не удержался и набросал эскиз Лижье в роли Ричарда {* Рисунок был напечатан в "Национальном стандарте" вместе с письмом. К сожалению, мы не можем воспроизвести его здесь. - Изд.}, - мне кажется, что он затмил самого Кина, - который посылаю вам.

А кроме Лижье, в спектакле участвует восхитительная мадемуазель Марс, и эта очаровательная, грациозная, веселая "энженю", мадам Анаис Обер. Нашим актерам следовало бы побывать в Париже и ознакомиться со здешней превосходной театральной школой; даже Куперу такое знакомство пошло бы на пользу, а Диддиэра оно наверняка сделдло бы и умнее и лучше. Не достаточно ли уже о театрах, пожалуй, скажете вы; но, в сущности говоря, разве эта тема не столь же серьезна, как все остальные?

Париж, 13 июля.

Рисунок наверху {* Рисунок, изображающий Наполеона на Вандомской колонне, был помещен в "Национальном стандарте" перед этим письмом.