Но Володя не хочет на кладбище. Впереди работа, время бежит, и пробы ещё не отобраны.

Появляются ребята с вёдрами винограда — Овез-дурды и Шир. Они студенты Ашхабадского университета, географы. А Таня — аспирант, ленинградка.

Вот так и проводят они лето втроём, перемещаясь со своей палаткой, с котёнком, с места на место. Таня собирает гербарий, лазает по склонам гор к вершинам Сюнт и Хосардак, отмечает различные фазы у растений.

«Как странно, — думаю я. — Как будто бы всё это уже было когда-то и мне знакомо. Ребята, ущелье, чай у костра… Так это же опять стихи Луговского, его герои…

Овез расставляет пиалы. Шир заварил чай.

— Дайте сушки, сахар, хлеб, — командует Таня, — виноград.

— У вас здесь дисциплина. Матриархат.

— Мальчики очень хорошие. Почти не понимают по-русски. Я воспитала их, и теперь они во всём меня слушаются, помогают. Всё научились делать. А вначале ничего не умели и ужасно стеснялись. В Кара-Кале они не хотели брать моего котёнка. Ольга Фоминична мне сказала: «Ты, Таня, с ними построже, и всё будет в полном порядке». Я так и делаю. Шир тогда выдержал все насмешки и гордо держал котёнка в руках, когда мы уезжали. Он у нас прелесть, Шир. Охотник. Приносит нам кегликов и сам жарит. И тебя угощает, да? — обратилась она к котёнку. — А костёр разжигает с одной спички, просто чудо. Жаль, что вы уезжаете… Я так соскучилась по русской речи. Ужасно захотелось домой, к своему сынуле.

Оказалось, у Тани семилетний сын. Она побоялась взять его с собой, а теперь жалеет. Почти полгода здесь, истосковалась. В этом году должна закончить работу над диссертацией.

— Я занимаюсь злаковыми и бобовыми — эфемерами. В Туркмении они являются единственным пастбищным кормом. Я собрала уже около восьмидесяти видов. Это всё Ольга Фоминична, она продумала всю мою диссертацию. Удивительная женщина. Она расскажет вам про эфемеры. В Кара-Кале вы обязательно должиы заехать в ВИР. Она чудо!