Так сильно, и с лица сбежали краски,

И весь я леденею и дрожу!

Лухан

Принять его ты, значит, не решишься?

Командор

Вели ему войти... Тому, кто любит,

Приятно видеть улицу, окошко,

Решетку, он в лице служанок склонен

Лицо увидеть госпожи своей.

Так в муже я ее увижу здесь, конечно,

Жестокую красу, причину мук сердечных.

ЯВЛЕНИЕ XVII

Те же и Периваньес, в плаще.

Периваньес

Дозволь, сеньор, припасть к твоим стопам

Великодушным.

Командор

Что ты, Педро? Встань!

Добро пожаловать тысячекратно

И столько ж раз обнять тебя позволь!

Раскрои свои объятья мне!

Периваньес

Сеньор мой,

Такая милость!.. Земледелец бедный

Из самых малых я в твоей Оканье,

И встречи я подобной не достоин...

Крестьянину такой почет!

Командор

О нет!

Знай, Периваньес: ты моих объятий

Вполне достоин. Доброго рожденья

Ты человек и сверх того известен

И разумом, и нравом справедливым:

Ты цвет вассалов на моей земле!

Я должен быть признателен тебе

Ты жизнь мне спас. Уверен я, что если б

Не ты тогда, наверно бы, я умер.

Что привело тебя в мой дом?

Периваньес

Сеньор мой!

Ты знаешь, что недавно я женился,

А люди доброй жизни - я считаю

Себя таким - хоть и бедны, но служат

Любимой женщине с неменьшим пылом,

Чем во дворце галантные сеньоры.

Жена моя недавно попросила,

Чтоб съездил я с ней в августе на праздник

В Толедо. Ты, конечно, знаешь сам:

Святая церковь с пышностью особой

Успеньев день справляет, и в Толедо

Стекаются на праздник богомольцы

Со всех концов далеких королевства.

С моей женой двоюродные сестры

Туда поедут... У меня, сеньор,

Есть занавески грубые из саржи,