Дон Мануэль дрожащими руками развернул бумагу и пробежал ее глазами.

— Voto a Brios! — вскричал он с жаром. — Это невозможно!

— Что невозможно, дорогой сеньор? — спросил дон Бальтасар с гримасой.

— Как? Я назначен алькальд-майором

— Столицы штата Соноры, если я не ошибаюсь.

— Ваша правда; но вы же просто гений, mil Rayos!

— Вы понимаете, дорогой сеньор, что мы не могли спокойно ждать того удара, который нам готовил дон Порфирио Сандос; он — губернатор Соноры, а вы — алькальд-майор Уреса. Он располагает войсками, а вы — судом и расправой. Что вы на это скажете?

— Наше дело выиграно!

— Я того же мнения; только, если позволите, я вам дам совет.

— Говорите, говорите! Все, что вы придумаете, превосходно!

— Извольте; после поступайте, как вам заблагорассудится. Дон Порфирио ничего не знает из того, что мной сделано и чего я добился для вас. Поддерживайте его в этом неведении как можно дольше, примите свои меры, не теряя времени, но так, чтобы все оставалось тайной. Дону Порфирио не устроиться раньше восьми-десяти дней; значит, вы можете действовать энергично, тем более, что теперь он не может напасть на вас.

— Я сам нападу на него.

— Напротив, берегитесь этого, вы можете испортить все дело. Ждите его атаки, а потом разом откройтесь и прижмите его. Это будет легко, так как все меры предосторожности будут приняты вами заблаговременно.

— Вы рассуждаете благоразумно.

— Пусть наш враг первым сбивается с пути, пусть он объявляет гражданскую войну, этим он навлечет на себя вину, так как нарушит порядок, который вы поддерживаете.

— Этот план превосходен! — воскликнул дон Бальдомеро. — Я охотно присоединяюсь к нему.