Шкипер Титов стоял сам на руле. Поставили все паруса, сколько было можно. "Савватий" был хороший ходок, но всем казалось, что судно еле ползет, а лед все скорей и скорей двигается по мере того, как уменьшалось расстояние между ледяными берегами. Если не выскочить из этих ножниц, лед зажмет судно и поломает, как спичечную коробку. Теперь никто уж не баловался на палубе, а ребята прислушивались к ветру. То казалось, что он слабеет, то вот будто задул сильней.

Титов знал, что если и за полсажени до выхода затрет льдом, то все равно судно погибло. Подводную часть сплющит, а то, что над водой, поломается, и придется всем бродить по льду, пока не подберет их какое-нибудь промысловое судно.

Федор с мачты крикнул:

- Еще с полверсты!

Все понимали, что это значит: это до свободной воды осталось с полверсты.

- Ветер плохо держит! - сказал Титов стоявшему рядом коржику Дмитрию и крепко выругался.

- Так тому и быть, - весело сказал Дмитрий и закурил трубку.

- Подобрать, что ли, шкот?* - спросил он Титова.

______________

* Шкот - веревка, которой притягивается парус; "подобрать шкот" больше натянуть его.

- Подбери, - сказал Титов.

Шкипер не знал, будет ли лучше. Он выжал уже из судна всю его скорость и тут уж рассчитывал на легкую руку: знал, что Дмитрий удачлив.

Дмитрий подобрал. Показалось, что судно пошло немного ходче. Еще бы пять минут - и на свободной воде! А лед жмет и жмет, как будто нарочно дает судну еще бежать, чтоб за вершок до выхода зажать и размозжить.

Все смотрели, как все ближе подходило ледяное поле слева.

- Ну, ребята, - сказал кто-то, - выноси пожитки на палубу.

Но люди не оглянулись, не ответили, смотрели на лед, и говоривший не двинулся.

- Хоть дуй в паруса!