– Фирман, – буркнул Д'Артаньян.

– Ага янычар громко объявил, что не будет повиноваться распоряжению султана. Алжир уже при Генрихе Четвертом начинал выходить из-под власти султана, хотя и сейчас паша Алжира обязан выполнять распоряжения… то есть фирманы султана, их величеств Оттоманов, скажем так. С трудом наш соотечественник добрался до корабля, дикари проклинали посланника, а Генрих-король, занятый другими интересами, не пытался наказать за оскорбления, нанесенные послу Франции.

– Эх! Добрый король Генрих в то время волочился за мадам де Верней и катал на себе верхом маленького Людовика.

– Людовик XIII вырос и стал королем. 20 июня 1626 года…

Д'Артаньян вздохнул.

"Июнь 26 года… Боже праведный! Тогда я только-только подружился с Атосом, Портосом и Арамисом…"

Жан-Поль замолчал:

– Вам надоело, капитан?

– Говори, говори, у тебя отличная память.

– Итак, 20 июня 1626 года, едва наш посол вышел на берег, как подвергся угрозам арабов и оскорблениям янычар, предлагавших сжечь его живого.

"Черт побери, дипломатия – штука нелегкая не только в мусульманских странах – солдаты Монка едва не спалили беднягу Атоса, да, слава Богу, обошлось. А может, опять нас вывезет кривая?!''

– Твердость поступков, хладнокровие и самообладание французского посла охладила пыл мусульман. Когда нашего представителя привели к паше, опять закипели страсти. Нашего посла обвиняли в подделке султанской грамоты… опять забыл…

– Фирмана!

– Город Марсель и главные города Франции собрали деньги, чтобы возобновить торговлю. Посол благополучно вернулся в Алжир, купив мир, который был недостижим путем дипломатических переговоров. Фирман был подписан в конце 1628 года.

''До конца осады Ла Рошели оставался месяц… А Констанция уже была мертва…''

– Согласно фирману, возобновлялись торговые заведения Ла Калье. То же соглашение постановляло обоюдный обмен пленниками.