Но еще больше Лили любила переодеваться в разные одежды, и изображать самых разных людей — старух, мальчишек и даже взрослых мужчин. У Лили был редкий артистический дар. В Зеленой стране, увы, не было ни театров, но бродячих артистов и музыкантов хватало. Без них не обходилась ни одна большая ярмарка.

Так прошло пять лет. Вардал был счастлив, как никогда в жизни. О такой внучке, как Лили, он прежде и мечтать не мог. Он часто думал:

«Сколько же дорог я прошел в Волшебной стране, сколько повстречал людей, сколько увидел разных чудес! А счастье нашел в своем родном доме, в одной-единственной девчушке. Может быть, и с Гудвином случилась та же история? Я-то до сих пор считал, что он заперся в Изумрудном дворце из-за того, что его характер стал с годами портиться. А может быть, он просто загрустил от одиночества. Кто знает — если бы у Гудвина нашлась бы такая же чудесная внучка, и он бы снова стал добрым и веселым человеком?»

Но вскоре Вардал заметил, что с Лили что-то не то. Проходили годы, а девочка почти не росла. Ее сверстники уже стали юношами и девушками, а Лили выглядела лет на десять, не больше. Сельчане стали озадаченно перешептываться, глядя вслед Лили: «Дело пахнет колдовством! Наверное, всему виной тот самый черный туман, о котором говорила странная старуха. Надо держаться от Лили подальше… А вдруг она возьмет да превратится в старую ведьму или в какого-нибудь страшного зверя?»

Лили тоже замечала, что не растет. Она перестала петь и танцевать, и часто плакала, сидя на берегу реки. А однажды она пришла к Вардалу и спросила:

— Дедушка, почему я не расту?

Вардал грустно покачал головой.

— Нет, ты конечно же, растешь, но только очень медленно.

— Может, меня кто-то заколдовал? — испуганно спросила Лили.

— Не знаю, милая, — развел руками Вардал. — Может, и так. Но только я не смогу расколдовать тебя — ведь я не волшебник!