Лили вытаращила глаза.

— Что? Это пугало было когда-то королем? Неужели это сам Страшила Мудрый?

Хрипунья застыла с раскрытым клювом.

— Что-то? Страшила? Кошмар! Но ведь так звали нашего прежнего правителя, которого Корина прогнала из Изумрудного города! А я-то разговаривала с ним запросто, ну вот как сейчас с тобой. Иногда даже дружески клевала его в плечи, когда он начинал болтать уж слишком громко. Не люблю, понимаешь, когда мне мешают спокойно кушать!

Лили умоляюще попросила:

— Миленькая ворона, отведи меня к Страшиле, ладно? Мне оч-чень нужно с ним поговорить!

Ворона проворчала:

— Здрастье: отведи ее… А где «пожалуйста»?

— Пожалуйста, очень прошу вас, уважаемая птичка!

— Птичка? Кошмар! У меня, между прочим, есть имя — Черный Соловей!

Лили от смеха даже прыснула в ладони, но потом посерьезнела и вежливо сказала:

— Уважаемая Черный Соловей, отведите меня, пожалуйста, к Страшиле Мудрому!

— Так-то лучше, — смягчилась Хрипунья. — А то — птичка! Птичек много, а я, Хрип… то есть тьфу, Черный Соловей, одна! Но только пускай этот полосатый зверь ведет себя смирно. Еще не хватало, чтобы за мои же добрые дела меня взяли и съели! Кошмар!

— Нет, нет, он будет вести себя очень хорошо! — поспешила успокоить Лили ворчливую ворону. — Правда, Зубастик?

Тигренок нехотя кивнул, а потом отвернулся и облизнулся. Он решительно не понимал, почему ему нельзя съесть эту глупую и ворчливую птицу.

Хрипунья замахала крыльями, поднялась в воздух и полетела вдоль дороги из желтого кирпича. Лили и Зубастик последовали за ней. Девочка запела веселую песню, и тотчас пожалела об этом, потому что ворона тотчас принялась кружить у нее над головой и вопить: «Ка-арр! Ка-арр! К-а-а-арррр!» Это она так пела с Лили дуэтом. Кошмар, как любила приговаривать Хрипунья. Но что уж тут было поделать? Как говорится, у каждого есть свои недостатки!