— Колдовство — это тяжелое ремесло, девочка, — поучающе говорила Гингема. — Ты должна научиться делать все, что умею я, а затем идти дальше. У меня есть колдовская книга, но этого мало. Когда-нибудь мы завладеем тремя магическими книгами великого Торна, которые спрятаны где-то здесь, в Голубой стране. Тогда мы прогоним мою одноглазую сестричку Бастинду и этих заносчивых Стеллу и Виллину. А потом я сумею стать властительницей мира! Мы с тобой будем править всей землей!

— А-а… зевнула Корина. — Слышала, слышала я это уже раз сто. Повелительница мира, ха-ха! Живем в пещере, словно медведи, среди пауков, сушеных мышей и прочей дряни. Фу, надоело! Хорошо бы жить во дворце, носить роскошные платья, танцевать с красивыми кавалерами…

— Мала ты еще, чтобы думать о кавалерах! — Гигнема сердито стукнула посохом по земле.

— Почему же мала? — возмутилась Корина. — Как таскать тяжелые котлы с твоим колдовским зельем — так не мала, а как танцевать — так мала! Мне, к твоему сведению, уже восемь лет, мамочка!

Колдунья озадаченно почесала затылок. Она как-то упустила из виду, что Корина постепенно растет и скоро станет девушкой. Девушкой! А ума да знаний у нее, словно у молокососа-несмышленыша. Если дело и дальше так пойдет, то Корина успеет состариться, так и не научившись вызывать даже небольшой ураган. Разве такая неумеха сможет справиться с другими волшебницами? Бастинда съест ее с костями, только оближется! Что же делать! Может, сделать так, чтобы девчонка взрослела медленно-медленно? Глядишь, пройдет лет пятьдесят, и она малость поумнеет.

Нахмурившись, Гингема грохнула посохом о камень и произнесла заклинание:

— Лабуру, мабуру, нанти, данти, делани, мелани…

Девочка слушала заклинание, сидя на валуне и весело болтая ногами. Даже когда из посоха ударила молния и окутала ее голубым сиянием, Корина и бровью не повела. За три года, которые она прожила в пещере Гингемы, она на всякое насмотрелась. Колдунья не раз грозила ей всевозможными карами за лень, но до сих пор даже пальцем не тронула.