Засим ревизор раскланялся и удалился.

Президент Первого Национального банка еще с полчаса посидел, развалясь, в своем кресле, потом закурил легкую сигару и направился в контору Томаса Мервина. Мервин, по внешности скотовод в парусиновых штанах, а по выражению глаз склонный к созерцательности философ, сидел, положив ноги на стол, и плел кнут из сыромятных ремней.

- Том, - сказал Лонгли, наваливаясь на стол, - есть какие-нибудь вести об Эде?

- Пока нету, - ответил Мервин, продолжая переплетать ремешки. - Денька через два-три, наверно, сам приедет.

- Сегодня у нас в банке был ревизор, - продолжал Билл. Лазил по всем углам, как увидал твою расписку, так и встал на дыбы. Мы-то с тобой знаем, что тут все в порядке, но, черт его дери, все-таки это против банковских правил. Я рассчитывал, что ты успеешь заплатить до очередной ревизии, но этот сукин сын нагрянул, когда его никто не ждал. У меня-то сейчас наличных, как на грех, ни цента, а то бы я сам за тебя заплатил. Он мне дал сроку до завтра; завтра, ровно в полдень, я должен либо выложить на стол деньги вместо этой расписки, либо...

- Либо что? - спросил Мервин, так как Билл запнулся.

- Да похоже, что тогда дядя Сэм лягнет меня обоими каблуками.

- Я постараюсь вовремя доставить тебе деньги, - ответил Мервин, не поднимая глаз от своих ремешков.

- Спасибо, Том, - сказал Лонгли, поворачиваясь к двери. - Я знал, что ты сделаешь все, что возможно.

Мервин швырнул на пол свой кнут и пошел в другой банк, имевшийся в городе. Это был частный банк Купера и Крэга.

- Купер, - сказал Мерлин тому из компаньонов, который носил это имя, - мне нужно десять тысяч долларов. Сегодня или, самое позднее, завтра утром. У меня здесь есть дом и участок земли, стоимостью в шесть тысяч долларов. Вот пока что все мои обеспечения. Но у меня на мази одно дельце, которое через несколько дней принесет вдвое больше.