Поскольку женщина никогда не выказывала беспокойства, я чувствовал себя свободным и с легким сердцем оставлял ее одну. И вот однажды случилось так, что я не навещал ее довольно долго, а тем временем - я об этом узнал значительно позже - особа, которая находится под моим постоянным покровительством, сумела, воспользовавшись чьим-то посредничеством, оскорбить ее слух жестокими, отвратительными намеками. Не ведая о нанесенной ей обиде, я продолжал пренебрегать несчастной и даже писем к ней не писал хоть и не забывал ее, конечно. Долго не получая от меня никаких вестей, женщина окончательно пала духом, а как еще и дитя малое на руках имела, то однажды, не в силах превозмочь тревоги, сорвала цветок гвоздики и отправила мне... - Тут То-но тюдзё заливается слезами.

- Но что же она написала? - спрашивает Гэндзи.

- Что написала? Да, кажется, ничего особенного... - отвечает То-но тюдзё, - что-то вроде:

Пусть ограда ветха

У бедной хижины горной,

Ты хотя б иногда

Одари своим блеском, роса,

Лепестки этой нежной гвоздики...

Разумеется, я поспешил ее навестить. Как и прежде, сердце ее было полностью мне открыто, но, когда взирала она на блистающий росою сад, где, как и в доме, было пусто, уныло и дико, лицо ее выражало глубокую печаль, а порой из груди вырывались рыдания, соединявшиеся с тоскливым хором звенящих в траве насекомых. Совсем как в старинной повести...

В пышном цветенье

Сметались цветы, и не знаю,

Какой предпочесть?

Все ж ни один из них

С "вечным летом" не может сравниться14.

Так, отодвигая на второе место славный цветочек гвоздики, я хотел показать, как велика моя любовь к ней самой. Говорят же: "Ни единой пылинке..." (12)

"Промок от росы

Рукав, коснувшийся ложа...

О "вечное лето"!

Вместе с холодным ветром