— А вы на меня не нападайте, — защищалась Дона, — я же не собираюсь уводить его у Симоны! Он сам назначил мне свидание, ну, я и пришла. — Она повела плечами. — Довольно хорошо провели время.

     — Клянусь, — сказала Элана, томно глядя на Джастина через окно, — я бы тоже согласилась, только свистни. А ты, Лиз?

     — Естественно, — подтвердила я. — Если бы он не встречался с Симоной.

     — Смотрите, какая морально устойчивая! — фыркнула Дона.

     — Рейчел, а если бы Джастин назначил свидание тебе?

     Рейчел слегка улыбнулась.

     — А он и так уже назначил. Элана опять раскрыла рот.

     — И я не стала ему отказывать. — Вот теперь уже Рейчел улыбалась, как и положено всякому, за кем осталось последнее слово.

     — «И звуки музыки чудесной, — распевал Робби Бэррон, летая по сцене, — наполнят горы и поля».

     Вокруг толпились хихикающие монахини в ожидании репетиции сцены в аббатстве. Не было только Симоны. Она еще ни разу не пришла вовремя. Поэтому-то, чтобы не терять времени, Робби сам заменил Симону. В черно-белом монашеском покрове героини он вальсировал по сцене, смахивая на чокнутого. Это была просто умора, особенно если учесть, что на носу у него красовались очки с толстыми стеклами в роговой оправе.

     Закончив номер, Робби пригрозил:

     — Я ей покажу, как опаздывать! — Он взглянул на часы и нахмурил брови. — Интересно, неужели наша крошка Мария не понимает, что репетировать без главной героини довольно сложно?

     — Ну, и что вы с ней сделаете? — прощебетали «монахини».

     Робби засмеялся.

     — А вот что: просто сверну ей шею.

     Я отвечала в театре за декорации. На сцену меня ни за какие коврижки не затащишь. Если б мне пришлось выступать перед публикой, клянусь, я умерла бы со страху. До смерти боюсь сцены!

     В момент, когда Робби извергал угрозы в адрес Симоны, я стояла за кулисами, раскрашивая задник, изображающий дом настоятельницы монастыря. После двух убийств мои сверхбдительные родители отпускали меня вечером только на репетиции.