- Хватает, но религия, по-моему, просто ощущение какого-то всеобъемлющего духа и вера в моральные устои, которые лучше всего служат этому духу.

- Гм... это довольно далеко от обычных представлений, но почем вы знаете, что лучше всего служит вашему всеобъемлющему духу?

- Это я беру на веру.

- Ну, вот тут мы и не сошлись. Послушайте! - сказал он, и ей почудилось, что в голосе его зазвучало волнение. - К чему тогда наш рассудок, наши умственные способности? Каждая проблема, которая возникает передо мной, существует для меня сама по себе, но потом я их складываю, получаю результат, а потом - действую. Я действую в соответствии с осознанным представлением о том, как мне лучше поступить.

- Лучше для кого?

- Для себя и для всего мира в целом.

- А что важнее?

- Это одно и то же.

- Всегда? Сомневаюсь. Но, во всяком случае, вам каждый раз приходится складывать такой длинный столбец цифр, что у вас не остается времени действовать. А так как нравственные правила и есть результат бесчисленных решений тех же проблем, принятых людьми в прошлом, почему же не брать их на веру?

- Ни одно из этих решений не было принято человеком моего склада или в таких же точно обстоятельствах.

- Да, это правда. Значит, вы пользуетесь тем, что принято звать "обычным правом". Вот тут вы типичный англичанин!

- Простите! - вдруг прервал ее Дезерт. - Вам, наверно, скучно. Вы будете есть сладкое?

Динни облокотилась на стол и, подперев руками подбородок, внимательно на него посмотрела.

- Нет, мне совсем не скучно. Наоборот, вы меня ужасно интересуете. Мне только кажется, что женщины в своих поступках куда меньше рассуждают; они редко считают себя исключением из общего правила, как мужчины, и охотнее доверяют своей интуиции, которая выработалась опытом, накопленным поколениями.