— В любом случае, сейчас поздно что-то предпринимать, — заметила Кейт. Она зевнула и потянулась. — Мы поищем ее хозяев завтра. А сейчас пора мыть посуду и укладываться спать. Девочки — в палатке, а мальчики — под навесом, хорошо?

Все неохотно поднялись и стали собирать грязные тарелки и остальную посуду.

Нил тяжело вздохнул, взял кастрюлю из-под тушеных бобов, набрал в нее озерной воды и принялся встряхивать.

К нему подошел Макс с целой стопкой грязных тарелок в руках. Он присел рядом с Нилом у воды и принялся мыть тарелки.

— По-моему, уже слишком темно для мытья посуды, — заметил Макс. — Я голосую за то, чтобы оставить все до утра.

— Я тоже за это, — согласился Нил. — К тому же, мы так и не услышали, что интересного ты там придумал.

Макс снова загадочно улыбнулся:

— Ну, я считаю, что это может подождать до завтра.

Нил закончил мыть кастрюлю и вылил из нее воду. Устало зевая, они с Максом направились к навесу. Не успели мальчики до него дойти, как рев автомобильного двигателя взорвал ночную тишину. Через мгновение две мощных фары осветили окрестности, в том числе и площадку, на которой был разбит лагерь. Яркий свет фар слепил глаза, и Нил прикрылся от него рукой. Сэм и Принц начали лаять.

— Что это такое? — крикнул Нил. Кейт поднялась с колен, а Глен высунул голову из-под навеса. Автомобиль — это был джип — подъехал к лагерной стоянке. Водитель выключил мотор и вылез. Затем открыл заднюю дверцу машины, и оттуда выскочил самый большой дог из всех, каких Нил когда-либо видел.

Нил был так потрясен видом собаки, что не обратил особого внимания на человека. Дог был массивный, с поджарыми боками и длинными ногами. Цвет шерсти трудно было определить при слабом освещении; Нилу казалось, что он желтовато-коричневый. Пес стоял, грациозно подняв голову, и смотрел на группу у огня.