Фолдер. К завтрашнему дню я разделаюсь с ней окончательно!

Коксон. Уже неделя, как Дэвис уехал. Нехорошо, Фолдер! Ради личной жизни вы запускаете работу. Я, так и быть, не стану упоминать о посетительнице, но...

Фолдер (уходя в свою комнату). Благодарю вас, сэр.

Коксон удивленно смотрит на дверь, за которой скрылся Фолдер, затем качает головой и только берется за перо, как из приемной входит Уолтер Хау. Это интеллигентного вида человек, лет тридцати пяти. Голос у него приятный,

манера говорить вежливая, даже слегка извиняющаяся.

Уолтер. Доброе утро, Коксон!

Коксон. Доброе утро, мистер Уолтер!

Уолтер. Отец у себя?

Коксон (он все время говорит с Уолтером несколько покровительственным тоном, как с молодым человеком, который мог бы уже достигнуть в жизни большего). Мистер Джеймс здесь с одиннадцати часов.

Уолтер. Я был на выставке картин в Гилдхолле!

Коксон (глядит на него так, словно иного от Уолтера ждать и не приходится). Вот как!.. Д-да... Как насчет этого арендного договора Баултера: отсылать его консультанту или нет?

Уолтер. Что говорит по этому поводу отец?

Коксон. Я не беспокоил его.

Уолтер. Лишняя предосторожность не повредит.

Коксон. Это же такое пустячное дело: едва ли покроет расходы. Я думал, что вы сами могли бы вести его.

Уолтер. Пожалуйста, пошлите договор консультанту. Я не хочу брать на себя ответственность.

Коксон (с выражением неописуемой жалости). Как вам угодно. А вот еще дело о праве свободного проезда. У нас уже подготовлены акты.

Уолтер. Я знаю. Но там, видимо, предполагали выделить участок общинной земли.

Коксон. Нам незачем беспокоиться об этом. Закон на нашей стороне.

Уолтер. Не нравится мне это.

Коксон (снисходительно улыбаясь). Мы же не захотим идти против закона! Ваш отец не стал бы терять время на такие вещи.

Пока он говорит, из кабинета выходит Джеймс Хау. Он невысокого роста, с белоснежными бачками, густой седой шевелюрой, проницательными глазами и в