Но потом он сказал себе: "Прежде чем пробьет чет-верть восьмого, я должен во что бы то ни стало окончательно покинуть кровать. Впрочем, к тому времени из конторы уже придут справиться обо мне, ведь контора откры-вается раньше семи". И он принялся выталкиваться из кровати, раскачивая туловище по всей его длине равномер-но. Если бы он упал так с кровати, то, видимо, не повре-дил бы голову, резко приподняв ее во время падения. Спина же казалась достаточно твердой; при падении на ковер с ней, наверно, ничего не случилось бы. Больше всего беспокоила его мысль о том, что тело его упадет с грохо-том и это вызовет за всеми дверями если не ужас, то уж, во всяком случае, тревогу. И все же на это нужно было решиться.

Когда Грегор уже наполовину повис над краем крова-ти - новый способ походил скорей на игру, чем на утоми-тельную работу, нужно было только рывками раскачивать-ся,- он подумал, как было бы все просто, если бы ему помогли. Двух сильных людей - он подумал об отце и о прислуге - было бы совершенно достаточно; им пришлось бы только, засунув руки под выпуклую его спину, снять его с кровати, а затем, нагнувшись со своей ношей, по-дождать, пока он осторожно перевернется на полу, где его ножки получили бы, надо полагать, какой-то смысл. Но даже если бы двери не были заперты, неужели он дей-ствительно позвал бы кого-нибудь на помощь? Несмотря на свою беду, он не удержался от улыбки при этой мысли.

Он уже с трудом сохранял равновесие при сильных рывках и уже вот-вот должен был Окончательно решиться, когда с парадного донесся звонок. "Это кто-то из фирмы",- сказал он себе и почти застыл, но зато его ножки заходи-ли еще стремительней. Несколько мгновений все было тихо. "Они не отворяют",- сказал себе Грегор, отдаваясь ка-кой-то безумной надежде. Но потом, конечно, прислуга, как всегда, твердо прошагала к парадному и открыла.