СЕРЖАНТ. Господи...

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Он живой...

СЕРЖАНТ. Ну они не могут сразу определить, кто живой, а кто - мертвый? Вытащите его!

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ. Остановите их! (Служба продолжается). Выгоните их отсюда. Живым они не нужны...

СЕРЖАНТ. Пожалуйста. Святой отец, вы тут совершенно не причем... Это какаято ошибка....

СВЯЩЕННИК. Я вижу. Хорошо, сержант. (Он подходит к раввину, они берутся за руки и уходят. Никто на них не смотрит. Солдаты и сержант загипнотизированы мужчиной в траншее, поднявшимся из мертвых. Труп проводит рукой по глазам. Солдаты и сержант дружно ахают... Еще стон доносится с другого края траншеи).

ПЕРВЫЙ СОЛДАТ (он еще в траншее). Там (указывает). Стонут там! Я слышал! ( Голова, потом плечи появляются над краем траншеи слева. Второй труп встает, проводит рукой по глазах, точно так же, как и первый. Над траншеей повисает гробовая тишина. И тут же третий труп поднимается рядом с ПЕРВЫМ СОЛДАТОМ. Тот в ужасе вскрикивает. Выбирается из траншеи. Издалека доносится легкое громыхание артиллерии. Один за другим поднимаются трупы, лицом к заднику, спиной к зрителям. Солдаты превратились в статуи. Внезапно СЕРЖАНТ подает голос).

СЕРЖАНТ. Что вам надо?

ПЕРВЫЙ ТРУП. Не предавайте нас земле.

ТРЕТИЙ СОЛДАТ. А не смотаться ли нам отсюда к чертовой матери!

СЕРЖАНТ (вытаскивает пистолет). Стоять! Пристрелю первого, кто двинется с места!

ПЕРВЫЙ ТРУП. Не предавайте нас земле. Мы не хотим, чтобы нас хоронили.

СЕРЖАНТ. Господи Иисусе. (СОЛДАТАМ). Оставаться на местах. (СОЛДАТЫ стоят). Господи Иисусе. (СЕРЖАНТ убегает с криком). Капитан, капитан! Где, черт побери, капитан? (Голос затихает вдали, переполненный ужасом. СОЛДАТЫ наблюдают за трупами, потом одновременно начинают пятиться).

ШЕСТОЙ ТРУП. Не уходите.

ВТОРОЙ ТРУП. Останьтесь с нами.

ТРЕТИЙ ТРУП. Мы хотим слышать человеческие голоса.