ОН. Все равно пригодилась бы.

ОНА. Для чего, для салями?

ОН. Нет, но пусть будет хоть какой-то признак цивилизации.

ОНА. Вечно ты недоволен. А если уж зашла речь о цивилизации, то цивилизация началась с хлеба и вина. Так что возвращаемся к истокам.

ОН. Но я бы предпочел что-нибудь менее допотопное.

ОНА. Что может быть лучше простого, деревенского хлеба,

ОН. Лангусты.

ОНА. Наслаждайся минутой. В том, что мы едим и пьем, есть нечто библейское, античное...

ОН. О, да! Греция, Рим... Албания...

ОНА. Неужели ты совсем не настроен на античность?

ОН. Нет, зато сожалею, что не говорю по-албански.

ОНА. Отчего же?

ОН. Мог бы подскочить в Албанию и попросить соль. Тут рядом.

ОНА. Постмодернистская ирония. Неужели не надоело?

ОН. Чрезвычайно.

Пауза.

ОНА. Солнце... Я сыта по горло тучами, дождем, холодом... Как ты думаешь, у нас опять дождливо?

ОН. Скорей всего. Когда мы выезжали, шел дождь.

ОНА. Как мне осточертела наша северная мрачность. Хочу остаться здесь навсегда.

ОН. В этой гостинице без лифта?

ОНА. Мы бы могли бы купить дом.

ОН. Я не тороплюсь на пенсию.

ОНА. Но подумать об этом можно уже сейчас.

ОН. Время терпит.

ОНА. Время проходит быстро. Почему бы нам уже сейчас что-нибудь не приискать. Коли уж мы здесь...

ОН. Проходит, почему бы, коли уж мы...

ОНА. Значит, решено! Переселяемся!

ОН. Немного повременим. Пока викинг возвращается на родину.

ОНА. А может, викинг вернется, а его жена останется.

ОН. Викинг охотно выпил бы еще.

ОНА. А жена викинга закурила бы.

Мужчина подает ей сигарету, щелкает зажигалкой. Наполняет оба бокала, свой выпивает и тоже закуривает. Оба удобно устраиваются в креслах.

Пауза.

ОНА. Какая тишина... (Пауза.) ...и это небо...

ОН. И твое океаническое платье.