На такое путешествие уходило несколько месяцев – две тысячи миль по необитаемой дикой местности или по землям, населенным враждебными дикарями; местами сотни миль пути без единого ручейка или другого источника питьевой воды; фургоны коробились в иссушающей атмосфере, их колеса скрипели; скот сбивал ноги и худел, потому что кормился только на скудных пастбищах; мужчины, уставшие от бесконечного пути; ссорящиеся женщины и дерущиеся дети, слабые, часто теряющие сознание. Ах! Многие теряли сознание и падали; но что еще печальней, многие не вставали, и кости их, часто лишь наполовину погребенные, оставались на «путях» великой американской пустыни! И многие остаются и сегодня. (Рассказанное не полностью принадлежит прошлому. Железные дороги, построенные с тех пор, обслуживают только богатых. Бедный фермер с запада, обремененный большой семьей, со множеством детей, не может позволить себе добраться до нового дома по железной дороге. Поэтому фургоны эмигрантов по-прежнему пересекают равнину и ущелья Скалистых гор. – Прим. авт.).

Обычный способ совершения этого трудного путешествия таков. Несколько живущих поблизости фермеров объединяются, берут с собой фургоны, лошадей, скот и имущество, которое можно перевозить. Это называется "эмигрантский поезд" или «караван». Последнее название, хотя и пришло из Азии и Африки, широко распространено в прериях Америки.

Путники создавали свою организацию, избирали предводителя, обычно самого богатого или самого влиятельного человека; он руководил отрядом во все время пути; вырабатывался по взаимному согласию кодекс законов, которым все беспрекословно повиновались. По вечерам строился «кораль», то есть фургоны ставились вплотную друг к другу, так что оглобли одного упирались в задние колеса другого; при этом фургоны стояли под тупым углом друг к другу. Поставленные таким образом фургоны окружали продолговатое или овальное пространство; размеры его зависели от числа фургонов в караване. На опасных территориях, населенных индейцами, в корале можно было поставить палатки; в них в относительной безопасности спали те, кому не нашлось места в фургонах. А когда становилось ясно, что индейцы близко и что у них явно враждебные намерения, лошадей, мулов и прочий скот тоже загоняли внутрь ограды. В другое время скот под охраной всадников кормился на ближайших пастбищах в прерии.