- Никаких проблем, буду только рад.

- А по дороге можно обсудить то дельце, о котором вы вспоминали как-то раз.

- Однако если вы рассчитываете сколотить на этом капитал, - смиренно заметил Форбс, - то, боюсь, я при своих ограниченных средствах...

- Что-нибудь придумаем, - подбросил наживку Моррис. Он никогда не считал нужным стесняться того, что разбогател, женившись на наследнице состояния. И уж во всяком случае не было нужды скрывать это от Форбса. В то же время приятно думать, что деньги заставляют такого человека, как Форбс, уделить ему толику драгоценного времени. Только бы не переоценить свои возможности.

- Так я заеду за вами в субботу с утра, около девяти.

- Э-э... в девять тридцать вас не затруднит, Моррис? Я, видите ли, не из ранних пташек.

- К вашим услугам.

Они распрощались. Но Моррису так нравилась болтать по телефону, на полной скорости несясь вперед - красноречивый символ выстраданного успеха, - что он не стал класть трубку и после гудка. Светловолосый англичанин приятной наружности продолжал говорить в пространство, что случалось с ним в последние дни все чаще.

- Pronto? - вопросил он бестрепетно. - Массимина, ты меня слышишь? По-моему, какие-то неполадки на линии. Ты слышишь меня, cara<милая (итал.)>? Знаешь, ведь сегодня День поминовения.

Он живо представил себе, как Мими почти беззвучно соглашается тихим, полудетским голоском. Si, Morri, si.

На въезде в город туман неожиданно сгустился, облепив машину плотными хлопьями.

- Знаешь, я видел картину, на которой ты как живая. Да-да. Ты, конечно, не поверишь. - Он небрежно держал на отлете элегантную белую трубку, выжимая газ почти при нулевой видимости. Моррис знал цену риска: всякий раз, как удается улизнуть от опасности, - вырываешь у фортуны кусочек удачи. - Я читал одну книгу по истории искусства, и вдруг увидел тебя. Вот именно, на картине Фра Липпи La Vergine incoronata, "Венценосная Дева". Говорю тебе, вылитая ты. Сходство полнейшее. И представляешь, Мими, осознав, что художник написал твой портрет за пятьсот лет до того, как ты родилась, я вдруг решил, что ты, возможно, все еще жива. Быть может, ты как та Дева, что воплощается вновь и вновь, от одной incoronazione к другой...