За этими нежными вдовьими воспоминаниями неизменно следовал поток безудержных слез, взрыв чувств - и долго ли, коротко ли, но в конце-концов она все же решила оставить Замок Синей Бороды и поселиться где-нибудь еще; ибо любовь к памяти мужа, говорила она, делала это место слишком уж печальным.
Разумеется, завистливый и глумливый мир сказал, будто вдовице надоела деревня и захотелось снова выйти замуж; но она не обращала внимания на подобные наветы, и Анна, не выносившая свою мачеху и не желающая оставаться дома, была вынуждена сопровождать сестру в город, где Синяя Борода издавна владел громадным и роскошным старинным особняком. Сестры обосновались в городском доме, где ссорились ничуть не реже, чем прежде. И хотя Анна частенько угрожала покинуть сестру и переехать в частный пансион, из тех, коих было немало в том краю, но все же гостить в доме сестры и выезжать в карете с лакеем и кучером в трауре и щитами на дверцах с изображенными на нем гербами Синей Бороды и Шакабаков было несравненно респектабельнее, а потому любящие сестры продолжали жить вместе.
Для леди в положении миссис Синей Бороды городской дом имел еще и дополнительные, причем немалые, преимущества. Помимо того, что он был неимоверно большим и унылым кирпичным строением с унылой железной оградою спереди и длинными, узкими унылыми окнами с маленькими квадратиками стекла, он еще и выходил окнами на кладбище при церкви, где, впору помянуть, между двумя тисовыми деревцами, одно из которых вырезано в форме павлина, тогда как другое являет собой подобие столика для закусок...