Друзья отошли дальше и сели под широколистным деревом, защищавшим их от ночной росы. Они закурили трубки и приготовились в зависимости от обстоятельств говорить или слушать. Первым начал Ганс.

— Весь план я выкладывать пока не стану, но для начала предлагаю, — сказал он, — держаться северного направления и вместе с лошадьми скрываться в горах, прилегающих к долине, где лежит деревня Копаин. Нас никто не сможет заметить, между тем как я в подзорную трубу буду видеть все, что творится в краале. По следам нас также трудно вычислить, поскольку здесь недавно прошло много лошадей. Кроме того, часть матабилей занята слежкой за нашими товарищами, часть — приготовлениями к контрудару против них. Им даже и в голову не придет, что трое голландцев могут находиться так близко от них. Наша смелость поможет нам. В случае же, если нас увидят, всегда можно ускакать. Это только с первого взгляда дело кажется затруднительным, в сущности же это пустяки. Правда?

— Положим, — ответил Виктор. — Но ты не сказал о главном: каким образом ты думаешь освободить Катерину и ее сестру?

— Для них мы захватим пару запасных лошадей.

— Но как они догадаются об этом и как ты вырвешь их из крааля, — спросил Виктор. — Может, их там уже нет, и все наши старания пропадут даром.

— Положитесь на меня, Виктор, — ответил Ганс. — Я знаю, что следует делать, и не собираюсь предпринимать ничего необдуманного. Через полчаса мы отправимся в путь.

Была полночь, когда товарищи тронулись в путь. Они ясно осознавали, что рискуют своей жизнью, впрочем, им уже не в первый раз приходилось смотреть прямо в лицо смерти. Они верили в себя, и это придавало им сил.

Как только занялась заря, они въехали в овраг. Ганс предложил отужинать бельтонгом (мясом, провяленным на солнце), который имелся у каждого в запасе, потом двум лечь спать, а третьему — караулить. На дежурстве стоять по очереди. Таким образом все они смогут хорошо отдохнуть и приготовиться к длительному пути на следующий день. Ганс вызвался дежурить первым, а его товарищи могли в это время уснуть.