- Да он спятил! - Купец вновь поворачивается к мальчику. - Ты знаешь, для чего это? Для рыболовных сетей. Конечно, они нужны не мне. Рыбакам они меня ждут.

Он указывает на линию горизонта, туда, куда лежит его путь. Заслонив глаза от солнца, он снова смотрит на нить, теряющуюся в небе.

- На какой же все-таки высоте твой змей?

- Самое меньшее - километров десять.

Купец недоверчиво поводит плечами.

- И как же это он забрался так высоко?

Усман почувствовал любопытство купца и потому идет на хитрость.

- Если ты дашь ему еще веревки, он поднимется и на сто километров.

- А что потом?

- Ничего. Но это будет змей, которому удалось подняться выше всех змеев на свете.

- Да кто ж его видит?

- Пожалуй, его видят умершие... У тебя есть кто-нибудь, кто помер?

- Конечно, но при чем здесь это?

- Им можно было бы передать привет.

Вид у купца обескураженный: создается впечатление, что в голове у него роятся мошки.

- Впервые такое слышу.

Усман понимает, что ему удалось пробить брешь в этой твердой, как скала, голове.

- Я много раз слышал, что покойники живут на небе... Но, может, ты и прав - скорее всего, они только под землей...

Бородач вконец растерялся. Он идет к костру, снимает котелок и наливает воду в чайник. Потом, держа в руках пиалу и чайник, возвращается назад. Он смотрит на мальчика, но явно не видит его, погруженный в свои мысли, как будто вычисляя что-то. Он усаживается на песок, согнув колени. Затем говорит:

- Положим, тебе надоест это дело и ты захочешь забрать веревку назад? Сможешь?

- Конечно, смогу. Что ее, съедят там наверху?!

Купец с отрешенным видом прихлебывает чай. То и дело встряхивает головой, обуреваемый сомнениями. И наконец решается.

- Хорошо, я дам тебе веревку. Но змей будет мой.

Это условие так возмущает Усмана, что он с силой дергает нить, и она едва не обрывается.