— Потому что в прошлую ночь вы назвали меня Бурным Джеком и, значит, знали меня прежде, так как этим именем я не зовусь уже много лет. Нет, не говорите кто вы я сам постараюсь найти вас в своей памяти.

— Вы, стало быть, вчера были еще не особенно пьяны, иначе не вспомнили бы, как я вас назвал, — сказал я.

— Да, вы правы, — ответил Бурный, — я был только слегка пьян. Иногда бывает моя голова, иногда — гони. Редко случается у меня, чтобы и голова и ноги мои были вместе пьяны. Вчера были пьяны ноги, а голова трезва. Это было лет шесть или семь тому назад, когда я назывался Бурным Джеком, следовательно, вы были тогда мальчиком 12 или 13 лет, — вспоминал вслух Бурный. — А, теперь я узнал вас! Вы — Роллинг Стоун!

С этими словами Бурный бросился вперед, схватил мою руку и так крепко сжал ее своими сильными пальцами, что чуть не раздавил ее.

— Роланд, мой мальчик! — сказал он. — Я знал, что мы встретимся снова. Я думал о вас, как думал бы о своем собственном сыне, если бы он у меня был. Я искал вас по всему свету.

Бурный Джек рассказал мне всю историю, начиная с той нашей разлуки в Новом Орлеане. Оказывается, он и не думал меня бросать. Он шел с работы домой и встретил своего старого знакомого, с которым и зашел в кабачок выпить стакан другой бренди. Выйдя из кабачка он встретил своего врага плотника с корабля «Надежда», которого и начал учить «манерам». В результате Бурный попал в полицию, а на следующий день был приговорен судьей к двухмесячному тюремному заключению. Вернувшись из тюрьмы он искал меня повсюду и предположил, что я уехал к себе на родину.

Мы решили больше не расставаться и, когда окончится разработка прииска, принадлежавшего товариществу, в котором участвовал Бурный, стать компаньонами.

11. СТРОГОЕ НАКАЗАНИЕ ЗА ОШИБКУ

Покидая Сан-Франциско, Гайнен намеривался направиться к реке Станислав и оставил своим знакомым свой будущий адрес.