— Скажите мне, где я могу найти свою мать? — снова спросил я его почти не помня себя от бешенства.
В ответ на мой повторный вопрос злое выражение его лица сделалось еще более злобным и ненавистным.
— Довольно! — вскричал я, не помня себя от бешенства. — Вешайте его!
В следующий момент Лири повис на дубе, и через несколько минут был уже мертв.
Недалеко от места казни стоял ящик с надписью: «Для сироты». Многие рудокопы подходили к этому ящику, вынимали свои кошельки и клали в ящик золото. Их примеру последовал и Бурный, и когда он отошел от ящика, его кошелек стал на три или четыре унции.
17. СИРОТА
После казни мы с Бурным отправились посмотреть на ребенка, потерявшего отца и мать. Мы нашли его у одной молодой супружеской четы, недавно приехавший из Австралии. Они были знакомы с несчастной матерью ребенка и рассказали нам, что убитая женщина была дочерью одного уважаемого торговца в Сиднее. Она бежала из дому с мистером Метьюсом (фамилия, под которой Лири проживал в Австралии). Она была единственной дочерью, и родители были совершенно убиты ее поступком. Относительно Лири я от них почти ничего не узнал. Они совсем не знали его в Австралии; знали только, что там он прослыл за большого пьяницу и бездельника.
Нам показали ребенка. Это был прелестный голубоглазый мальчик, около года, замечательно похожий на свою мать.
— Я предполагаю отправить ребенка к дедушке и бабушке, — сказала молодая женщина. Они остались совершенно одни, и, может быть, этот ребенок хоть как-то заменит им погибшую дочь.
Перед нашим приходом пришли три человека и передали собранное для ребенка золото. Всего было собрано около пятидесяти унций, или, считая на деньги, более двухсот фунтов стерлингов.
Деньги эти решено было отправить в Сан-Франциско одному австралийскому купцу, который в скором времени собирался поехать в Сидней. Ему же предполагали поручить отвезти туда и ребенка.