- Деточки, перестаньте ссориться! - остановила ее Этелька Шпрингер. Скажи-ка лучше, Соня, что скажет Стани, когда услышит, что ты укатила с Георгом?

- Стани? - Соня пренебрежительно пожала плечами. - Пусть говорит, что хочет. С ним у меня все кончено.

- У тебя все эгоизм и расчет, - сказала фрейлейн Постельберг.

- Как можешь ты это говорить? - вскипела Соня. - Пожалуйста, не суйся в мои дела.

Она достала из сумочки фотографию своего друга и поставила ее перед бухгалтером.

- Это Георг Вайнер. Разве он не хорош собою, мистер Броун? Разве не хорош?

Мистер Броун как раз был занят сложением и не имел времени отвести взгляд от страницы.

- Как ангорский кот, - сказал он, однако, на всякий случай. Семнадцать... двадцать шесть... тридцать два. Как шелковичный червь.

У него от многолетней деятельности в области шелковой промышленности составилось смутное представление о шелковичном черве как о каком-то особо красочном животном.

- Нет, серьезно, мистер Броун, - приставала Соня,-скажите, разве он не красив?

- Пятьдесят один... пятьдесят девять... шестьдесят четыре. Как олень с Карпат.

Соня огорченно повернулась к нему спиною и положила фотографию на свой столик.

- Мне жаль Стани, - сказала фрейлейн Постельберг. - Не знаю почему, но он не выходит у меня из головы. Послушайся меня, брось Венецию и скучного Вайнера и поезжай к своей тетке в Будвайс, как в прошлом году.

Соня скроила гримасу и решила, что не стоит отвечать.

- Как райская птица! - произнес, нагибаясь над своею конторкою, мистер Броун, машинально, во время складывания, подыскивая правильное сравнение для красоты Георга Вайнера.

- Тебе-то легко, конечно, - продолжала Клара Постельберг. - Ты уже завтра будешь Бог весть где порхать, когда он придет сюда и устроит нам скандал. Наслушаемся мы тогда упреков от него. Так это было и на прошлой неделе, когда ты с Вайнером поехала в театр. Он пришел в исступление, когда не застал тебя. Вел себя совсем как дикарь - жаль, что тебя не было при этом, - ревел, как...