Пронзительный ветер Их продувает теперь, хоть и густокосматы их груди. Даже сквозь шкуру быка пробирается он без задержки, Коз длинношерстных насквозь продувает. И только не может Стад он овечьих продуть, потому что пушисты их руна,Он, даже старцев бежать заставляющий силой своею. Не продувает он также и девушки с кожею нежной; Дома сидеть остается она подле матери милой, Чуждая мыслей пока о делах многозлатной Киприды; Тщательно нежное тело омывши и смазавши жирно Маслом, во внутренней комнате спать она мирно ложится В зимнюю пору, когда в своем доме холодном и темном Грустно безкостый ютится и сам себе ногу кусает; Солнце не светит ему и не кажет желанной добычи: Ходит оно далеко-далеко, над страной и народом Черных людей, и приходит к всеэллинам много позднее. Все обитатели леса, без рог ли они иль с рогами, Щелкая жалко зубами, скрываются в чащи лесные. Всем одинаково душу тревожит им та же забота: Как бы в лесистом ущелье каком иль скалистой пещере Скрыться от холода. Выглядят люди тогда, как триногий С сгорбленной круто спиной, с головою, к земле обращенной: Бродят, подобно ему, избегая блестящего снега. В эту бы пору советовал я, для укрытия тела, Мягкий плащ надевать и хитон, до земли доходящий, Вытканный густо уточною нитью по редкой основе, В них одевайся, чтоб волосы кожи твоей не дрожали И не стояли по телу торчмя, не ерошились зябко. На ноги - обувь из кожи быка, что не сдох, а зарезан; Впору тебе чтоб была и выстлана войлоком мягким. Шкуры козлят первородных, лишь холод осенний наступит, Сшей сухожильем бычачьим и на спину их и на плечи, Если под дождь попадаешь, накидывай. Голову сверху Войлочной шляпой искусной покрой, чтобы уши не мокли. Холодны зори в то время, как наземь Борей упадает. Зорями с звездного неба на землю туман благодатный Сходит и нивам владельцев блаженных несет плодородье. С рек, непрерывно текущих, набравши воды изобильно И высоко от земли унесенный дыханием ветра, То он вечерним дождем проливается, то улетает, Если подует фракийский Борей, разгоняющий тучи.