Да и нам самим нередко случалось в бесхитростном повествовании о горести и преступлениях обнаружить вдруг подлинную жизнь, и если искушения, толкнувшие преступника на роковую стезю, не исторгали слез из наших глаз, то мы всегда готовы были оплакать тяжкую участь сочинителя, который, очевидно, занялся подобным делом с голоду и едва ли снискал себе сытный кусок. Мы, право же, вполне согласны с доктором Джонсоном, который утверждает, что ни одну книгу не следует называть скверной, если из нее можно извлечь что-нибудь полезное или приятное; мы не придирчивы и почитаем привычку выискивать недостатки признаком мелочной и злобной натуры. Горе несчастному, который, вместо того чтобы упиваться взглядом сверкающих голубых глаз Венеры, слушает, как скрипят ее башмаки. Но при всей нашей снисходительности мы не можем отрицать, что мистер Уайтхед заслуживает не большего сочувствия, чем вышедший на промысел пиратский корабль. Еще до опубликования книги нам все время говорили о ней, как о произведении оригинальном, однако в предисловии мистер Уайтхед именует себя издателем и довольствуется скромным званием составителя, - причем, надо сказать, на редкость скверного. Его перечень английских разбойников начинается с Робина Гуда. Джон Поль Джонс - офицер регулярных войск Соединенных Штатов, основатель американского флота, любимец Людовика XVI и кавалер многих орденов, адмирал Екатерины и лучший (после Нельсона) флотоводец, когда-либо бороздивший морские воды, - причислен к пиратам. Автобиография полковника Джека, полностью вымышленная Дэниелем Дефо (это столь же общеизвестно, как то, что Дефо является автором Робинзона Крузо), выдается здесь за подлинную биографию. Мы окажем мистеру Уайтхеду слишком много чести, удостоив его более подробным разбором; добавим просто, что он самым жалким образом проявил полную свою неспособность справиться с возложенной им на себя задачей.