- Ханс, - позвала сына Кристел.

Мужчина остановился и окинул взглядом малыша.

- Все правильно, - заявил он. - Топай за мной.

Только сейчас Кристел впервые услышала голос мужчины - писклявый и какой-то тусклый. Мужчина вышел на улицу, а Ханс побежал следом.

На Марке были старые, разношенные ботинки, в автомобиле он чувствовал себя в них вполне удобно, но уже после пяти минут ходьбы ноги стали гореть. И глаза жгло - от пота и яркого, бьющего в лицо солнца.

Сначала Марк пробовал петь, но после двух песен в горле сильно запершило, и он прекратил драть глотку. Да и вообще песня о Камелоте глупо звучала посреди пустыни, и не только глупо, а даже как-то пугающе - таким слабеньким казался голос в этом море песка. И он пошел дальше молча.

Асфальт лип к ногам. При каждом шаге ботинки издавали слабый чавкающий звук. Марк подумал, не пойти ли по обочине, но не решился, опасаясь змей.

Он убеждал себя, что нельзя падать духом, но в голову все время лезла одна и та же мысль: им уже не попасть в Лос-Анджелес к обеду. Как всегда, они притащатся слишком поздно, из автомобиля будут сыпаться разные вещи, Марку придется запихивать их обратно, а Кристел с повисшим на шее Хансом будет выглядеть в свете фар смущенной и потерянной. Дружок Марка к этому времени уже будет в халате. Они попытаются все обратить в шутку, но напряжение так и не спадет. Приготовив постель Кристел и собрав кроватку Ханса - последнее займет уйму времени: выяснится, что половины шурупов не хватает, - Марк с приятелем уединятся на кухне за пивом. Беседа не будет клеиться - они раззеваются и вскоре отправятся на боковую.

Марк ясно представлял себе, как все произойдет. За что бы они с женой ни брались - конец один: они вечно проигрывают.

Навстречу Марку пронесся грузовик. В нем сидели двое мужчин в ковбойских шляпах.