"Добрыденьги, Майкл", - заказал полюцмен, но Майкл не ответил, потому что он был и глух, и нем, и не умел гомерить.

"Как жена, Майкл?" - продолежал полюсмен.

"Заткни-ко свое харло!"

"А я думал, что ты и глух, и нем, и не умеешь гомерить", сказал полюсмен.

"Что же мне теперича делать со всеми моими глухими- немыми книжками?!" - воскликнул Майкл, тут же поняв, что с этой проблемой придется повозиться.

Я ОТПРАВЛЯЮСЬ

В тропических морях по мрачным шхунам

Путем дерзающих, что разрушает сплин,

Одетый в скорлупу угольного сарая,

Я отправляюсь, как еврей счастливый,

На встречу с доброй Дорис Кинг.

Мимо зловещих древ и неуклюжих зданий,

Мимо крысячих псов, овцы больной,

Ссутулившись, подобно обезьяне-резусу,

Я отправляюсь, как щенок лохматый,

Чтоб сладко выспаться домой.

Вниз по тропам и ложбинам из камня,

Вниз, где поток журчит, точно миф,

В роскошном одеяньи иудейском

Я отправляюсь, как носок измятый,

Туда, где ждет меня злой Берни Смит.

ПИСЬМО

Сэр,

Скажите, почему Вы не пичатаете фотки и не рассказываите про нашу лубимую группу (Бернииз унд Потрошительз)? Вы знаите что их всего тридцать девять и мы любим их потому что Алек так прыгает и вопит. Пажалуста вышлете нам в спициальном расшнурованном канверте Берна и Эрна кагда они танцуют и из кожи вон лезут чтоб даставить удовольствие тем кто это заслужил эта замичательная группа и мы надеимся вы не заставете нас долго ждать.

Восторженная Поклонница

СЦЕНА ТРЕТЬЯ,

АКТ ПЕРВЫЙ

ДЕКОРАЦИЯ: на сцене представлена широкополая комната с огромным камином напротив колоссального окуна. Исполинский письменный том, заваленный всякими деловыми бумагами в беспорядке. У тома три, четыре а может, пять стульев. На одном сидит плюгавый замухрышка-рабочий, кепка в кулаке, которым он живо, но боязливо размахивает перед толстым жирным боссом-капитолистом.