Из окна, прикрытого занавеской, он поглядел на Риту. Та разговаривала, смеялась. Она была красива. Но что-то хищноватое виделось Андрею в ее лице.

Рита скоро ушла, и Андрей вернулся к ребятам.

- Ты чего, а? - спросил Володя. - Ты же за ней... Зеленями ей там украшал, старался.

- Слушай, ты можешь отстать с Ритой своей...

- Любовь хр-рупнула, и, кажется, насовсем! - торжественно возгласил Славик. - И какая любовь...

- Гляди, Андрюшка, - предупредил Володя. - Я хоть и бывший, но мариман и такую девушку без надзора не оставлю.

- Смотрите, начальство пожаловало, - сказал Григорий.

По дороге к лагерю шел Лихарь, все в той же кожанке и кожаной фуражке, похожий на комиссара или чекиста далеких лет. А рядом с ним - невысокий, в плечах широченный мужчина, этот набычившись шел, руки в карманы.

- Бугаек! - восхищенно произнес Славик.

Клавдия подле них мелко вышагивала. Она разговаривала и хохотала, и, видно, кокетничала с молодым парнем в джинсовом костюме. А позади этой четверки уныло плелся желтый мохнатый пес. Мордой он почти до земли доставал, и хвостом по земле волочил. Тот самый пес, что на Андрея в конторе лаял.

Зоя из дверей вагончика сообщала:

- Здоровый - это Прокопов, ух, прямо кабан, начальник участка, с женой. А тот... Валерий Никитич, - жеманно проговорила она, - прораб.

- А ты откуда знаешь этого хлюста?

- Мы с ним познакомились и очень мило поговорили. Приятный человек.

- Ну-ну, неплохо начинаешь.

Начальство направилось к штабу. Прокопов и впрямь был на быка похож, породистого. Краснолицый, хмурый, большеголовый, стриженный коротко. Рукава клетчатой рубахи засучены, короткие мощные ручищи-маховики обнажены.

Они поднялись в штабной вагончик. Лишь Клавдия задержалась на ступенях.

- Болтун! Болтун! - кричала она. - Не ходи! Останься! Лежать!

Но Болтун, не внимая крику, прошел вслед за хозяином.