- Авраам, - прошептала она, - ты обязан мне помочь. Умоляю тебя: помоги. Я могу сказать тебе одно... В прошлом, когда я попадала в беду, я всегда могла обратиться к тебе. Всегда. Помоги мне и сейчас, Авраам.

Мадам Решевски некоторое время лежала молча на холодной траве могилы, широко раскинув руки с обнаженными кистями. Затем, она поднялась и пожала плечами. Лицо её стало просветленным и более спокойным, таким, каким не было вот уже несколько месяцев. Она отвернулась от могилы и крикнула:

- Хелен, дорогая! Теперь ты можешь подойти.

Хелен встала с мраморной скамьи, стоящей на месте упокоения человека по фамилии Аксельрод, и неторопливо направилась к могиле отца.

ОНИ ВОЗРЫДАЮТ В ГОДЫ ГРЯДУЩИЕ

Пол и Дора вышли из кинотеатра и неторопливо двинулись на восток в направлении Пятой авеню.

- "Гитлер!", - кричал мальчишка-газетчик, - "Гитлер!".

- Да, насчет Флетчера... - сказала Дора. - Это тот тип, который играл отца. Ты его запомнил?

- Ага, - ответил Пол, держа её за пальцы. Они все ещё шагали по темной улице.

- У него камни в почках.

- Поэтому он так и играет, - сказал Пол. - Теперь я знаю, как можно описывать игру актера. "Он играет так, будто у него камни в почках".

- Весной, - со смехом заявила Дора, - я делала ему рентгенограмму. Он - один из самых лучших пациентов доктора Тейера. У него постоянно что-нибудь да болит. Этим летом он намерен заняться изгнанием камней из почек.

- Удачи тебе, старик Флетчер, - сказал Пол.

- Мне приходилось массировать ему плечо. У него неврит. А зашибает он полторы тысячи в неделю.

- Не удивительно, что у него неврит.

- Он приглашал меня к себе домой на ужин, - Дора высвободила пальцы и взяла Пола под руку. Пол локтем прижал её руку к телу. - Я ему нравлюсь.

- Держу пари, что это так.

- А как ты?

- Что, как я?

- Тебе я нравлюсь?