- Послушайте, - громко сказал Мерфи, - я знать ничего не знаю об ИРА. Я мирный человек, уже двадцать лет работаю в министерстве экспортной торговли. Я зашел сюда, чтобы спокойно посидеть и выпить...

Внезапно Кейси схватил его за рукав:

- Ради бога, потише.

От этого прикосновения Иуды Мерфи даже подскочил - ближайший друг, называется!

- И ты, стало быть, с ними заодно. Ну, знаешь...

- Да нет же, - перебил его Кейси. - Смотри, кого принесло...

Мерфи поднял голову - и тут же стих.

Вошедший уже занял место за стойкой и теперь, насупившись, заказывал выпить. Он был высокий, худощавый, с длинным лицом. Едва кивнув сидящим ближе к нему, он тут же отгородился от них газетой. Это был Хемпенстолл непосредственный начальник Мерфи. В "Пулбег" он заглядывал крайне редко. Если он и пил, то исключительно в медицинских целях. Чихнул поутру и испугался - как бы не заболеть. А может, почувствовал колики в желудке. Или потекло из носа. Он никогда не умел веселиться, а после трагической смерти жены и вовсе впал в мрачность. Единственной отдушиной для него было изучение уставов, всевозможных уставов, и он рьяно стремился их соблюдать. Тут он был настоящий педант. Говорил он мало и только о делах.

- Думаешь, он слышал? - понизив голос, спросил Мерфи.

- Если и не слышал, ты в этом не виноват, - недовольно ответил Кейси.

Кейси тоже непосредственно подчинялся Хемпенстоллу. Журналист поспешно наклонился к ним:

- Кто это?

- Мой начальник, - прошипел Мерфи сквозь зубы.

- Парик, - добавил один из актеров.

- Что вы сказали?

- Никто не должен знать его настоящего имени, - объяснил актер. Поэтому мы зовем его "Парик".

- Ага! - воскликнул журналист - мол, все понятно.

Это было уже слишком. Мерфи пытался говорить тихо, но волнение не давало умерить голос:

- Слушайте! Хватит, черт возьми! Когда я говорю, что это мой начальник, значит, это мой начальник. Я не собираюсь сидеть здесь и...