— Нет, я погибну один.

— Я позабочусь о ней.

— Но разве они придут сюда? — спросила донья Эрмоса с беспокойством.

— Часа через два или, может быть, через час!

— О, Боже мой! Отправляйтесь, Луис, умоляю вас! — вскричала молодая вдова.

—Да, идемте с нами, дон Луис: моя дочь говорила от моего имени! — прибавила мадам Барроль.

— Во имя неба, сеньоры, нет, тысячу раз нет! Честь велит мне остаться.

— Я не могу решительно утверждать, — сказал дон Мигель, — что сегодня ночью что-нибудь случится, но опасаюсь что Эрмоса не останется одна: не более чем через час я вернусь и буду подле нее.

— Но Эрмоса может отправиться вместе с нами! — сказала донья Аврора.

— Нет, она должна остаться здесь, а с ней — и я, — возразил молодой человек. — Если ночь будет спокойна, ну, тогда я завтра поработаю, так как сегодня много работала сеньора Мария-Хосефа. Во всяком случае нам надо спешить. Ну, Луис, бери свою шляпу, плащ и следуй за мной.

— Нет! — вскричал тот.

Тогда донья Эрмоса с глазами, полными слез подошла к нему и заговорила умоляющим голосом, подавляя душившие ее рыдания.

— Луис, вот первая просьба, с которой я обращаюсь к вам: умоляю вас, на сегодняшнюю ночь отдайтесь вполне в распоряжение Мигеля, а завтра… завтра мы увидимся, что бы ни случилось.

— Хорошо, — проговорил молодой человек глухим голосом, — я повинуюсь вам, сеньора!

— Домой, домой к нам, дон Луис! — вскричала радостно донья Аврора.

— Нет, ангел доброты, — сказал ей дон Мигель с ласковой улыбкой нежным голосом, — ни к вам, ни ко мне, ни к нему, так как в этих трех домах его могут найти, но в другой дом… какой… это мое дело.

— Итак, — проговорил дон Луис, — через час ты будешь около своей кузины?

— Да, через час.

— До скорого свидания, Эрмоса. Вы требуете моего отъезда, я вам повинуюсь! — сказал он печально.

— Спасибо, спасибо, Луис! — отвечала она, заливаясь слезами.