Главнокомандующий верит в свою армию!

Хуан Лаваль

— О, как это возвышенно! — восторженно вскричала молодая женщина, когда Мигель закончил свое чтение.

— Да, дорогая Эрмоса, я всегда находил, что все прокламации и дневные приказы армиям очень похожи друг на друга и что все они возвышенны, но хотелось бы увидеть возвышенность в действиях. Предприятие генерала Лаваля

будет великолепно, если он бросит свои эскадроны на улицы Буэнос-Айреса.

— Он придет.

— Дай Бог!

— Но скажи мне, почему ты так неосмотрительно носишь при себе такую важную бумагу?

— Я ее получил в том доме, куда отвел Луиса.

— Какой же этот дом?

— Просто дом одного служащего.

— Боже мой! Ты спрятал Луиса в доме служащего Росаса?

— Нет, сеньора, в доме моего служащего.

— Твоего?

— Да, но тише!.. У ворот на улице остановилась лошадь.

— Хосе! — крикнул он, выходя во двор.

— Сеньор? — отвечал ветеран.

— Кто-то находится за воротами?

— Нужно открыть, сеньор?

— Да, открой, уже стучат.

Дон Мигель вернулся в гостиную и сел рядом с кузиной. Донья Эрмоса побледнела, а молодой человек был так же спокоен и уверен в себе, как и всегда: он ожидал нового события, которое, без сомнения, должно было усложнить положение как его собственное, так и его друзей. Уже минула полночь. Кто мог прийти в такой поздний час, как не посланный тех, против кого была начата борьба?

В этот момент вошел Хосе с письмом в руке.

— Какой-то солдат принес это письмо сеньоре! — проговорил он.

— Он один? — спросил дон Мигель.

— Один.

— Ты осмотрел дорогу?

— Там нет никого.

— Хорошо, иди и смотри в оба.